Давид Бурлюк в Музее русского импрессионизма

3

Энергии и наследства Давида Бурлюка хватило бы на несколько жизней, что уж говорить о выставках — художник, поэт, издатель, теоретик и практик авангарда был плодовит, хоть и не вечно придерживался самой высокой художественной планки. Был горяч (быть может, давали знать о себе казачьи корни), что отпечатлелось во многих воспоминаниях современников и что было совершенно необходимо для того, кто изобретал «искусство будущего».

Вместе с Маяковским и Хлебниковым он предлагал «кинуть классиков с парохода современности», «с высоты небоскребов взирал на их ничтожество» и «с ужасом отстранял от гордого чела своего из банных веников сделанный венок грошовой славы». Антон Ашбе, в чьей школе в Мюнхене обучался Бурлюк, называл его «прекрасной дикой степной лошадью». Наконец, ему было «адресовано» название мемуаров Бенедикта Лившица «Полутороглазый стрелец», какой не что иное как «дикий всадник, скифский воин, обернувшийся лицом назад [на Восток] и только полглаза скосивший на Закат».

Выставка претендует на показ многочисленных живописных экспериментов художника, пропустившего через себя едва ли не все основные течения модернизма. В качестве преходящих рамок выбраны 1900–1930-е годы — от юношеских опытов и первых выставок до первых лет в Америке, с которой связаны неоправдавшиеся чаяния и активная коммерческая работа, менее популярная у специалистов и коллекционеров. Всего в экспозиции представлено 50 произведений из музеев и частных собраний.

Выставка поделена на три тематических блока. Как и во всех своих проектах, Музей русского импрессионизма ищет в творчестве художника следы «профильного» курсы. Для Бурлюка это оправданно — после учебы в Мюнхене и Париже импрессионизмом и постимпрессионизмом он был увлечен и свой первый художественный манифест 1908 года наименовал «Голос импрессиониста в защиту нового искусства».

1910-е годы — наиболее интересный период в его творчестве. Его живопись эволюционирует вначале в сторону фовизма, затем — собственного варианта футуризма. Он вновь путешествует по Европе, где увлекается кубизмом, а по возвращении устраивает эпатажные лекции-перфомансы в Москве и Петербурге. Самая популярная его фотография тех лет — в цилиндре, с крупной серьгой в ухе и с разрисованным лицом. Тогда же в статье для «Синего всадника» Бурлюк сформулировал принципы новоиспеченного искусства: отказ от академических принципов в пользу «варварского» искусства, совмещение разных ракурсов, цветовой диссонанс.

В 1920 году Бурлюк совместно с семьей уезжает из России — сначала в Японию, а затем в США.

Среди работ, которые могут стать открытием, — полотно «Пролетарии» 1924 года из собрания американского галериста Анатолия Беккермана. Картина, посвященная строительству небоскребов на Манхэттене, один-единственный раз появлялась на публике на выставке в Филадельфии, посвященной 150-летию независимости США. Продать ее не удалось, и четверть века холст хранился сброшенным с подрамника в сложенном виде на сыром чердаке. В итоге сохранился только центральный фрагмент полотна. На выставке утраченные доли будут реконструированы с помощью мультимедийных технологий.

Давид Бурлюк
«Портрет матери»
1906
Государственная Третьяковская галерея

Давид Бурлюк
«Волы»
1908
Самарский областной художественный музей

Давид Бурлюк
«Аллея»
1909
Серпуховский историко-художественный музей

Давид Бурлюк
«Дама с зеркалом»
1915-1916
Рязанский государственный областной художественный музей им. И. П. Пожалостина

Давид Бурлюк
«Портрет песнебойца футуриста Василия Каменского»
1916
Государственная Третьяковская Галерка

Давид Бурлюк
«Семейный портрет»
1916
Государственный музей В. В. Маяковского

Давид Бурлюк
«Сеятельница риса»
1921
ABA GAllery, США

Давид Бурлюк
«Японец, разделывающий тунца»
1922
ABA Gallery, США

Давид Бурлюк
«Пролетарии»
1924
Cобрание Анатолия и Майи Беккерман

Источник: art-and-houses.ru